Вот
и чудесно! Приступаю к делу!
Свидетель есть, и сказано довольно!
Ты угольщик Клаас?
Да, угольщик Клаас.
Женат?
Женат.
Мы знаем.
Дети есть?
Сын.
Имя сына?
Тиль.
Мы знаем.
Улиншпигель?
Где он находится?
Не знаю.
Не правда.
Он где-то здесь.
От нас он не уйдет.
Итак, фламандец, угольщик Клаас, отвечай правду.
Только правду.
Доколе будут мучить нас все эти троны,
короны,
отцы,
короли,
папы,
апаты и папы?
Ты это говорил?
Он это говорил?
Да, говорил! Говорил, говорил, говорил!
Вот и чудесно, говоря такое,
ты, может быть, другое думал.
Я говорю, что думаю.
Вот и прекрасно,
желаешь оправдаться?
Не желаю.
Чудесно.
Каяться не будешь?
Не буду.
Ну и вовсе хорошо.
Итак,
фламандец, угольщик Клаас,
повинный в дерзкой ереси и бунте,
державной волей короля Испании,
владыки полумира,
в том числе Брабанта,
Фландрии и прочее,
и прочее,
приговорен!
Приговорен! Приговорен! Приговорен! Приговорен к сожжению на костре!