Ты один из немногих, кто пытался спасти,
Видя, как я вновь блуждаю по кругу.
Ведь ты сам из таких, кто рубит с руки.
Но где-то внутри эти узлы нас плетают так туго.
Три полосы, как кольчуга, и война против всех.
Да ни шагу назад, без сомнения, нас погубят.
Но разбудят глаза, и рейхстагом подъезд.
Мотыльками на свет нас поднимут и нас добьют.
Те,
кто искренне любят,
пусть нас куча,
так будни нас куча.
Но кто все эти люди?
Ты набери меня.
Ты расскажи, о чем молчат глаза.
Я буду слушать, хоть вряд ли жить научат.
Снова новый день запустим, снова на ножах.
Снова все по кругу перекуры, снова на лошадь.
Снова ручкой,
палец там,
и снова разжигать пожар.
Синим пламенем горит все, то, чего уже не жаль.
Снова новый день запустим, снова на ножах,
Снова все по кругу перекур, и снова налажал,
Снова ручкой по листам, и снова разжигать пожар,
Синим пламенем горит все то, чего уже не жаль.
Пока мы делали ветер и топтали на драм-н-бэйсе,
В гримёрках были рождены самые лучшие песни,
Самые быстрые, тесные танцы на краю,
И если она любила, то я тебя пока не люблю,
Встрех в облаках,
дым и пламя,
И lumps кодувати монетки на домик дону,
Лёня, мы выходим из квартир.
Если ты думаешь,
что мы играем,
то наша жизнь это тир.
Зай, прости меня, ведь я не твой кумир.
Прости меня, Лёня.
Я не твой кумир.
Нет.
Снова новый день запустим, снова на ножах.
Снова всё по кругу перекуры, снова налажал.
Снова ручкой по листам и снова разжигать божа.
Синим пламенем горит всё то, чего уже не жаль.
Снова новый день запустим, снова на ножах.
Снова всё по кругу перекуры, снова налажал.
Снова ручкой по листам и снова разжигать пожар.
Синим пламенем горит всё то, чего уже не жаль.